Спор о карачаевской лошади. Правда и вымысел - Руслан Дотдаев

Фотографии и подробные промерные данные карачаевских лошадей, напечатанные в его работе, уже опровергают известный миф о том, что карачаевская лошадь старого типа была «низкорослой, с длинной шерстью и толстыми ногами», вроде монгольской. На фотографиях мы видим лошадей без длинной шерсти, с крепкими, но не толстыми ногами, а что касается их якобы низкого роста в сравнении с кабардинскими, то об этом будет сказано в следующей главе (Р. Д.).

А. Атманских писал в своей работе: «Более часто встречающийся тип лошадей в Карачае по своим статьям представляет следующие данные: рост жеребца в среднем 2 арш. 2 вершка (около 151 см в холке. – Р. Д.), редко выше; рост мерина около 2-х аршин (около 142 см. – Р. Д.) и сравнительно редко выше, а кобылицы, даже лучшие экземпляры, не достигают и 2-х аршин… Карачаевские лошади (см. фотогр. в разделе „Иллюстрации“. – Р. Д.) характеризуются небольшой, несколько горбоносой, сухой головой, небольшими ушами, умеренно выпуклыми глазами. Шея у карачаевской лошади нормальной длины, незначительно изогнута спереди назад. Холка хорошо развита. Спина по средине имеет незначительное вдавление, но встречается и с прямой спиной. Длина спины достаточна, с хорошо развитою подпругою. Крестец ниспадающий. Грудь хорошо развита. Ноги у лошадей карачаевской породы сухие, с бабками средней величины и с правильными, крепкими копытами; при сухости конечности не тонки и с хорошо очерченными сухожилиями; колено широко и прочно. Задние ноги поставлены правильно».

В работе А. Атманских приведены конкретные показатели роста местной карачаевской породы. Рост жеребцов 6 и 7 лет составлял 152 см в холке, рост кобыл 8 и 9 лет был 144 см, а рост мерина 8 лет – 145 см30.

Полностью промерная таблица приводится в разделе «Иллюстрации» настоящей книги. Если сравнить эти данные с показателями 1930-х годов, о которых пойдет речь в следующей главе, то очевидно, что рост карачаевских лошадей не претерпел за прошедшие десятилетия каких-либо серьезных изменений. В советское время именно с лошадьми такого калибра и была начата планомерная работа по укрупнению до стандартов советской кавалерии (Р. Д.).

Также он описывал «заводское искусство» в Карачае следующим образом: «Производители жеребцы поступают в случку в 3 года, редко в 2 года и в этом же возрасте и кобылицы… При отборе на племя жеребцов руководствуются ростом и другими экстерьерными данными и, кроме того, при выборе играет роль и масть и, обыкновенно, выбирают гнедых, вороных, карих и реже рыжих, светлая же масть совсем нелюбима»31.

По данным А. Атманских, цена жеребца в Карачае составляла 100—300 рублей. Кобылицы стоили от 40 до 150 рублей, цена же мерина варьировала от 40 до 200 рублей32.

Автор очерка писал об использовании коня в Карачае: «Лошадью пользуются, главным образом, для передвижения верхом, реже для передвижения на колесах и возки тяжестей; в последнем случае, обыкновенно, пользуются быками, каковые запрягаются в двухпарное ярмо в двухколесных арбах»33.

Несмотря на то, что карачаевская лошадь того времени была выше, чем пытаются представить нам сейчас современные мифотворцы, рост ее был по общепринятым меркам невысоким. Автор очерка полагал, что для укрупнения карачаевской лошади «более всего пригодны производители англо-арабской породы, каковые будут способствовать, помимо поддержания типа верховой карачаевской лошади, также освежению крови и увеличению роста и, вообще, размеров всего тела в желательном направлении»34.

Карачаевская лошадь также имела некоторое распространение и на черноморском побережье: «Лошади Черноморской губернии – различных пород: простая русская, кабардинка, карачаевская. Лучшие лошади – у чехов и эстонцев»35.

Еженедельник «Донская волна», рассказывая об участии сотен Карачаевского конного полка во взятии хуторов Февралев и Красный Яр во время боев 11—12 мая 1919 года, сообщал: «Ночью полковник Крым-Шамхалов получил донесение, что у красных паника растет и что к берегу подведена баржа, на которой красные думают начать переправу на остров и далее. Не ожидая подхода атаманской дивизии, полковник Крым-Шамхалов со своим помощником Соколовым решили атаковать красных, хотя там было не менее бригады да еще с могучей артиллерией. Полку приказано было готовиться. Карачаевцы страстные охотники до лошадей, и всадников прельщала возможность раздобыть здесь от красных хороших коней. О количестве врагов не думали. Без звука, без шуму, как умеют ходить только горцы, карачаевцы тронулись в наступление широкой лавой»36.

Глава вторая. Признание карачаевской породы в СССР

Мы разобрали в предыдущей главе примеры употребления термина «порода» в отношении карачаевской лошади в царское время. В советское время этот термин из описательного стал характеризующим, поскольку началась племенная работа с горскими лошадьми на государственном уровне. Однако в первые годы Советской власти еще не были установлены достоверные различия между некоторыми породами.

К примеру, в статье профессора М. И. Придорогина говорилось (1928): «На Кавказе различают много пород – карачаевскую, казахскую (отродие карабахской. – Р. Д.), лезгинскую, абхазскую, кистинскую, пшавскую, тушинскую, хевсурскую, и т. д. Однако, все они мало отличаются одна от другой и в общем похожи на кабардинскую»37.

Рассмотрим теперь довоенные источники советского периода, где говорится о «карачаевской породе» лошадей.

М. М. Синицын отмечал (1929), что природные, климатические и исторические условия края способствовали развитию в этих местах верхового коневодства. «Горские племена пользовались для передвижения по горам верховой лошадью (Кабардинская и Карачаевская породы лошадей). Кубанское, терское и донское казачество, служившее в коннице, обязано было вести верховое коневодство»38.

В целях подъема животноводства в Северо-Кавказском Крае Совет народных комиссаров РСФСР постановил: «В основном одобрить, как ориентировочную наметку, районирование Края в отношении животноводства с сосредоточением молочного крупного рогатого скота в западной части Края и предгорьях, а мясного скотоводства – в восточной; товарного верхового коневодства – в Карачае, Кабарде, Терском округе и в восточной части Сальского, Ставропольского и Шахтинского округов…»39.

По отдельным районам условия Северо-Кавказского Края отличались, поэтому «развертывание мероприятий» по совершенствованию лошади должно было «вестись в пределах районирования Края в породном отношении». Северный Кавказ относился к району верхового коневодства, где в предгорных автономных областях и Терском округе «распространены кабардинская и карачаевская породы лошадей»40.

Возрастающее в стране внимание к коневодству Северного Кавказа отмечалось также и в журнале общества аграрников марксистско-ленинской мысли «Социалистическое переустройство» (1930): «Нельзя оставить без внимания научно-исследовательских учреждений и такую отрасль сел. х-ва, как коневодство. На Северном Кавказе и в прилегающих к нему районах разводится чрезвычайно ценная порода верховой донской лошади. За время империалистической и гражданской войн численность ее и качество значительно снизились, поэтому предстоит серьезная работа по восстановлению и улучшению породы донской лошади. В крае распространены также другие ценные породы верховых лошадей: кабардинская и карачаевская»41.

Хозяйственное значение карачаевской лошади было оценено по достоинству, и в 1930 году на базе госплемхоза карачаевских лошадей был учрежден Карачаевский конный завод, впоследствии ставший главным репродуктором и символом породы. Переведенный в военное ведомство, он выращивал прекрасных лошадей как для народного хозяйства, так и для военных нужд РККА (Р. Д.).

Конный завод к тому времени получил задание: 1) производство кавалерийской «ремонтной» лошади; 2) производство жеребцов-улучшателей для массового колхозного сектора горных национальных районов. В соответствии с этим заданием завод имел племенное отделение, которое велось по методу чистого разведения, и «ремонтное» с допущением английской кровности не выше ¼42.

О кадровом составе заводов Е. Давидович писал: «Конзаводы в подавляющем своем большинстве (особенно на Дону и в Кавказской группе) были укомплектованы людьми, любящими лошадей, обладающими вековым наследственным опытом общения с ними – калмыками, карачаевцами, ногайцами и донскими и терскими казаками»43.

В 1932 году СНК РСФСР в целях сохранения и дальнейшего улучшения аборигенных конских пород постановил: «Предложить Наркомзему РСФСР немедленно приступить к развитию племенного фонда местных (аборигенных) конских пород, для чего